Прочёл "Заводной апельсин", книга гораздо хуже, чем я представлял по косвенным признакам, и хуже, чем кажется вначале. Главный герой – малолетний преступник. Большая часть впечатления от книги это подробные описания его избиений, изнасилований и убийств в первой половине. Этот шок-контент создаёт надежду, что у автора, может быть, есть какая-то цель, показать по контрасту наказание героя, или раскаяние, или неспособность раскаяния – хоть что-нибудь.
Будет ровно два шага развития.
Героя подвергнут вместо тюрьмы гуманному методу перевоспитания, где картины насилия будут показывать под лекарственными приступами тошноты, чтобы привить отторжение. Герой назовёт это зверством (ладно, он не объективен), а местный священник будет страдать, пить с горя, и скажет, что нельзя отнимать у человека право выбора, это хуже, чем – ну, видимо, чем когда герой убивает, грабит и насилует. У автора крыша поехала? Где тут хоть какие-то сомнения, не то, что Моральный Вопрос?
Позже герой вылечится (т.е. отменит лечение), но драться ему расхочется, зато ему привидится сыночек и жёнушка, и он скажет, что повзрослел, охохонюшки хохо, а вот дети его снова будут уродами, и их дети тоже, такова юность, сэ ля ви.
Серьёзно, это всё. Никакого итога, тейк "как стыдно отнимать у убийцы право выбирать убийство" + рассуждения о юности. А, ну и главному герою нравилась классическая музыка. Мол, склонные ко злу не всегда примитивны душой. Но и это вышло ни к чему, нравилась и нравилась.
Где-то на половине книги мне стало казаться, что автор чувствует не отвращение к своему герою, а какие-то гораздо более снисходительные чувства.
